Почти 6 процентов суммарного ВВП стран ЕАЭС: как развивается рынок госзакупок в Союзе.

В каждой стране Евразийского экономического союза расходуются внушительные суммы бюджетных средств на закупки широкого спектра товаров для нужд соцучреждений. При этом процесс все больше переходит в цифру: так удобнее, быстрее и выгоднее. Вместе с тем это создает и новые вызовы. Их обсудили на сессии «Цифровизация государственных закупок в государствах – членах ЕАЭС: задачи и подходы» V Евразийского экономического форума в Астане.

С пользой для конкуренции

Член Коллегии (министр) по конкуренции и антимонопольному регулированию Евразийской экономической комиссии Максим Ермолович в интервью изданию "Беларусь сегодня" отметил, что госзакупки в ЕАЭС составляют значимую часть экономики стран «пятерки»:

– Объем госзакупок в разные периоды времени составлял достаточно внушительную сумму. Это около 150 млрд долларов и почти 6 процентов суммарного ВВП всех стран Союза. Это значит, что госзакупки напрямую влияют и на общую торговлю, и на взаимную торговлю стран между собой, а их открытость определяет эффективность использования бюджетных средств.

Например, в 2024 году общий объем госзакупок в ЕАЭС превысил 143,5 млрд долларов. В том числе в России – более 108,2 млрд долларов, в Беларуси – свыше 6,5 млрд, в Казахстане – 26,9 млрд, в Армении – более 1 млрд, в Кыргызстане – почти 826 млн долларов.

При этом в Союзе отчетливо прослеживается тренд перевода все большего числа процедур в электронный формат. Опыт каждой из стран в отдельности показывает, что это во благо. Проводить госзакупки в цифре проще и быстрее – раз. За счет расширения числа участников формируется справедливая цена – два. Вследствие этого госсредства расходуются эффективнее – три. В-четвертых, благодаря открытому механизму удается проанализировать объективность ценовых предложений, противостоять картелям, сговорам – здесь на помощь приходит искусственный интеллект.

– В Союзе уже почти 70 процентов процедур проходит в электронном формате. Если смотреть в размере стоимости договоров, то почти 80 процентов. И те страны, которые достигли высокого уровня цифровизации, констатируют повышение показателей конкуренции, – обратил внимание Максим Ермолович.

Цифра цифре рознь

Что для каждой страны хорошо, то в совокупности не всегда дает плюс: в рамках ЕАЭС цифровизация в каждой конкретной стране пока не на руку общему рынку. Потому что уровень цифровизации в госзакупках отличается.

– Мы оцениваем разброс уровня цифровизации по странам от 29 до 100 процентов, – поделился Максим Ермолович. – Различия возникают не только в темпах цифровизации, но и в логике построения и законодательства, регулирующего этот процесс, и практики работы с данными. Отсутствуют единые требования, форматы данных, документов, классификаторы. Мы видим, что без общего понятийного аппарата, унификации национальных законодательств невозможно перейти к общему рынку госзакупок. А также нет возможности применять единые стандарты машинной обработки документации, автоматической проверки данных и полноценного обмена сведениями между системами.

Не готовы страны и делегировать отдельные функции и полномочия на наднациональный уровень. Государства очень осторожно подходят к делегированию процессов и функций, особенно касающихся обеспечения безопасности и защиты данных.

– Неимоверные сложности преодолеваем, чтобы решить простейшую задачу – обеспечить взаимное признание электронной цифровой подписи при проведении госзакупок, – привел пример Максим Ермолович.

По его словам, все это свидетельствует о том, что интеграция информационных систем даже в ближайшей перспективе не просматривается, а формируемые на фоне цифровизации барьеры растут. Это приводит к тому, что участие стран Союза в госзакупках друг друга оставляет желать лучшего. По данным за 2024 год, оно составило 0,5 процента от общего объема госзакупок.

– Притом что в разных странах потребность в импортных товарах составляет примерно половину от всех госзакупок, – подчеркнул министр по конкуренции и антимонопольному регулированию ЕЭК.

Выработать общие подходы

Какие варианты решения актуальных вопросов есть? Во-первых, необходимо создать инфраструктуру взаимодействия для обеспечения доступа к госзакупкам в ЕАЭС.

– Здесь нам нужен не только механизм признания ЭЦП, но и целая экосистема, которая будет обеспечивать готовность национальных платформ к работе с такими электронными подписями. Мы внимательно следим за опытом России и Беларуси, которые выстраивают систему взаимодействия для признания ЭЦП. И оказалось, что кроме цифровой подписи необходимо еще и обеспечить доступ к данным об организациях, которые в потенциальных поставщиках, обмен сведениями из национальных регистров, которые ведут госорганы, – сообщил Максим Ермолович.

Он добавил, что появились новые участники процесса госзакупок – технологические площадки, или операторы электронных торговых площадок, представляющие собой специализированные веб-сервисы, выступающие посредниками между государственными заказчиками и поставщиками.

– Для нас внедрение в процесс государственных закупок технологических площадок, которые станут мостом между регуляторными требованиями, сведениями, данными, обеспечивающими участие в госзакупках, и системами государственных закупок – ключевой вопрос, его необходимо будет решить в ближайшее время, – акцентировал министр по конкуренции и антимонопольному регулированию ЕЭК.

Намерены в ЕАЭС измерить уровень цифровизации в странах, чтобы определить стандарты цифровизации закупочного процесса.

– Хотим разделить все процедуры на элементы, на бизнес-процессы и понять, какие из них реально переведены в электронный формат. Исходя из этого и будем измерять уровень цифровизации в странах. Потому что сегодня оценка уровня цифровизации – это скорее самооценка страны, то, как в каждом государстве понимают достигнутый уровень цифровой трансформации закупочного процесса. Мы же хотим создать единую формулу определения уровня цифровизации, разложить закупочный процесс на элементы и оценить степень цифровизации каждого из этих элементов, балльно сложить это в общий объем цифровизации, – пояснил Максим Ермолович.

При этом, по его мнению, останавливаться в процессе цифровизации госзакупок странам «пятерки» нельзя. Параллельно предстоит решить вопрос обеспечения бесшовной среды доступа поставщиков ЕАЭС к государственным закупкам.

– В первую очередь этот вопрос решается путем создания единого цифрового портала, который позволит объединить все госзакупки. Сначала – с точки зрения предоставления полного объема информации о намерениях разного рода заказчиков со стороны государства осуществлять эти процедуры. Впоследствии мы можем этот портал трансформировать в общесоюзную информационную систему проведения госзакупок, – рассказал Максим Ермолович.

В планах – продолжать развивать Евразийский реестр промышленных товаров. Этот инструмент облегчает доступ потенциальных поставщиков на рынок государств – членов Союза.

– Здесь важно отметить, что мы очень быстро развиваемся: сегодня уже 45 тысяч записей в этом реестре. Ежедневно фиксируем 2 тысячи обращений к нему – это достаточно высокий уровень. Мы понимаем, что наш Евразийский реестр промышленных товаров уже стал инструментом национальных систем идентификации поставщиков и оценки возможностей их участия в государственных закупках. Поэтому реестр будет развиваться. Он соответствует целям национальных промышленных политик, обеспечивает решение задачи технологического суверенитета в ЕАЭС. Для нас это мост между участниками из стран союза в поставках на трансграничных рынках, – подчеркнул Максим Ермолович.

По его словам, после получения ответов на озвученные вопросы будет предложен общесоюзный механизм преодоления этих вызовов.