Перейти на старую версию сайта

Жаңалықтар

29.09.2016

Ішкі нарықтар, ақпараттандыру, ақпараттық-коммуникациялық технологиялар жөніндегі Алқа мүшесі (Министр) Карине Минасянның «Голос Армении» газетіндегі: Интеграцияға толық кірікпеу жағдайында» атты сұхбаты

ЕАЭО елдері ішкі нарықтарының тосқауылдарсыз, алып қоюларсыз және шектеулерсіз жұмыс істеуі соңғы кездері, әсіресе одаққа мүше мемлекеттердің басшылары Еуразиялық экономикалық комиссияны (ЕЭК) бұл бағыт бойынша белсенді әрекеттердің жеткілікті болмауы үшін жиі сын айтуы аясында жіті талқыланатын тақырып болды. Комиссияда нақ ішкі нарықтардың тосқауылдарсыз, алып қоюларсыз және шектеулерсіз жұмыс істеуіне жауап беретін ЕЭК Алқа мүшесі (министрі) Карине Минасянмен әңгіме барысында біз ЕЭК осындай кедергілерді жою жұмысында қандай істер тындырылғанын анықтауға тырыстық. Функционирование внутренних рынков стран ЕАЭС без барьеров, изъятий и ограничений стало в последнее время остро обсуждаемой темой, особенно на фоне того, что главы государств - членов союза все чаще критикуют Евразийскую экономическую комиссию (ЕЭК) за недостаточно активные действия по данному направлению. В беседе с членом коллегии (министром) ЕЭК Карине Минасян, отвечающей в комиссии именно за функционирование внутренних рынков без барьеров, изъятий и ограничений, мы решили выяснить, что было сделано ЕЭК в работе по устранению таких препятствий. - Когда мы только приступили к своей работе в феврале этого года, нам, к счастью, не пришлось начинать с чистого листа: еще с 2013 года блок Комиссии по развитию интеграции под руководством Татьяны Валовой уже проделал довольно объемную работу по выявлению и своду имеющихся препятствий на пути свободного движения товаров, услуг, капитала и рабочей силы на евразийском пространстве. Проведенная работа была построена на активном взаимодействии с государствами-членами, бизнес-сообществом, научными кругами. Был собран и проанализирован серьезный массив информации из различных источников, подготовлен соответствующий доклад о результатах работы в 2015 году, который позволил систематизировать работу комиссии с препятствиями. А в этом году наша задача заключалась в том, чтобы провести четкие границы между выявленными препятствиями, в том числе за счет проведения комплексной юридической экспертизы проблемных вопросов и применения выработанного терминологического аппарата - барьеров, изъятий и ограничений. Также предстояло провести работы по внедрению соответствующей электронной базы данных препятствий. По предварительной оценке, на сегодняшний день мы имеем в общей сумме 269 препятствий, из них барьеров и препятствий с признаками барьера - 33, ограничений - 49 и изъятий - 187. Еще по 5 проблемным вопросам проводим дополнительную работу по их разделению на ограничения или барьеры, так как далеко не всегда их принадлежность к одной или другой категории очевидна. - А что конкретно вкладывается в эти понятия? - Если коротко, то изъятия - это те препятствия, которые предусмотрены Договором о Евразийском экономическом союзе. Барьеры - это те препятствия, которые не соответствуют праву союза. К ограничениям же мы относим препятствия, возникающие в связи с принятием государствами-членами ограничительных мер - как в соответствии с правом союза, так и в связи с имеющимися пробелами в праве союза. Если проанализировать имеющиеся цифры, то барьеров на сегодня зафиксировано намного меньше, чем ожидалось - всего 23. Еще 10 препятствий имеют признаки барьеров и проходят дополнительную юридическую экспертизу с целью установления факта несоответствия праву союза: запрашиваются позиции государств-членов, прочих заинтересованных лиц, в том числе бизнес-сообществ. Установленные же барьеры по нашей новой практике формируются в так называемые кейсы, по каждому из которых проводятся консультации, являющиеся по своей сути одной из форм медиации между государствами-членами. Надеемся, что к концу года коллегия комиссии примет соответствующие решения по всем прорабатываемым в настоящее время "кейсам" или же они будут сняты с рассмотрения при поступлении информации от государств-членов о принятых мерах по устранению барьера. - Проводятся ли какие-то работы по ограничениям и изъятиям, есть ли какие-то четкие сроки их устранения и будет ли проводиться работа по устранению тех из них, для которых сроки устранения не предусмотрены? - В части ряда ограничений и изъятий, полагаю, необходимо договариваться об углублении интеграции, потому что данные вопросы еще не урегулированы правом союза и поэтому не имеют признаков барьера, но вместе с тем создают проблемные ситуации для бизнеса и наших граждан. Иными словами, мы находимся в условиях недоинтеграции. В качестве решения данной проблемы председатель коллегии в этом году предложил подготовить Белую книгу препятствий - документ, который на начальном этапе интеграции готовили и наши европейские коллеги. Белая книга будет включать анализ проблемных вопросов по сферам регулирования и конкретные дорожные карты со сроками и приоритетами по устранению некоторых ограничений и изъятий, в том числе тех из них, которые на сегодняшний день не имеют четких сроков устранения. Стоит отметить, что до 2025 года только в соответствии со сроками, предусмотренными правом союза, должно быть снято 52 таких препятствия. К этому времени будут либерализованы отдельные виды транспортных услуг, сформированы общий энергетический и финансовый рынки. По некоторым вопросам, в том числе в части формирования общих рынков лекарственных средств и медицинских изделий и снятия проблем в части ювелирных изделий, соответствующие работы будут завершены уже в этом году. - Карине Агасиевна, вы сказали об углублении интеграции. Какие, на ваш взгляд, дальнейшие шаги в данном направлении ждут от комиссии в части обеспечения полной свободы движения на евразийском пространстве с учетом действующих полномочий? - Много проблем возникает из-за отсутствия доверия между уполномоченными органами государств-членов или рисков, связанных с человеческим фактором при обработке и оформлении ключевых документов, необходимых для осуществления коммерческой деятельности на пространстве союза. К таким документам относятся заявления об уплате косвенных налогов, лицензии, сертификаты происхождения или сертификаты соответствия техническим регламентам и т.д. Все эти вопросы можно решить путем внедрения соответствующих IT-решений, в частности, эффективной системы прослеживаемости товаров, соответствующих электронных реестров и справочников. К безбарьерному единому рынку товаров мы придем только тогда, когда достигнем того, что любой экспортер сможет заполнить все необходимые сопроводительные документы в электронном виде и прикрепить соответствующую метку к отправляемому грузу, которую на любом этапе представители компетентных органов власти смогут отсканировать и моментально получить доступ ко всей истории осматриваемого товара. Подтверждением тому послужит богатый опыт наших партнеров по Европейскому Союзу. В принципе мы постепенно и двигаемся в этом направлении, но для скорейшего достижения поставленных задач, особенно сейчас, нам важно приложить максимум усилий и выйти на конкретные рабочие решения. Особая своевременность разрешения данной проблемы связана еще и с выходом союза на подписание нескольких ключевых документов: новой версии Таможенного кодекса, правил регулирования общих рынков лекарственных средств и т.д. В настоящее время данные документы не предусматривают применения безбумажных технологий, и чем дольше мы тянем, тем сложнее будет в будущем внедрить такие технологии, так как для этого потребуется вносить все больше и больше изменений в достаточно чувствительные для государств-членов нормативные документы. - Судя по вашим словам, комиссия проводит консультации с государствами - членами союза, а какие еще площадки существуют для разрешения спорных ситуаций на пространстве ЕАЭС? - В Евразийском экономическом союзе функционирует цивилизованный инструмент разрешения подобных споров - суд Евразийского экономического союза. Однако, к сожалению, с момента формирования данного органа союза в 2015 году государства-члены практически не задействовали этот ресурс. Мы с интересом наблюдаем за развитием событий по первому иску, который инициировала Российская Федерация в этом месяце в отношении Республики Беларусь, и надеемся, что с течением времени практика суда будет только развиваться вместе с практикой комиссии по оказанию содействия сторонам в досудебном урегулировании имеющихся проблемных вопросов. Здесь мы стараемся проводить работу и превентивную: в этом году обращались с запросами во все государства - члены союза о предоставлении информации по тем барьерам, которые требуют первоочередных мер устранения. На сегодня получили соответствующую информацию практически от всех государств-членов и проводим соответствующие мероприятия по устранению выявленных барьеров. - Вы говорите, что консультации по данным "кейсам" проходят в форме медиации, а существуют ли у комиссии какие-либо механизмы "принуждения" или "подталкивания" государств к исполнению норм договора? - В настоящее время полномочия Евразийской экономической комиссии, да и суда Евразийского экономического союза достаточно ограниченные. Несмотря на то что решения комиссии и суда де-юре являются обязательными для исполнения государствами-членами, зачастую де-факто они являются скорее уведомительно-рекомендательными и не несут для государств-членов ничего, кроме репутационных и дипломатических рисков. Хорошим примером здесь является "кейс" рентного налога на уголь, применяемого Республикой Казахстан в отношении государств - членов ЕАЭС. По сути, Казахстан применяет экспортную пошлину при вывозе угля с его территории на территории других государств-членов, называя ее рентным налогом, несмотря на то что по договору о союзе во взаимной торговле государств-членов пошлины не применяют. Но даже наличие решения коллегии комиссии о необходимости исполнения права союза Республикой Казахстан пока не принесло ожидаемых результатов, и рентный налог по-прежнему взимается Казахстаном. Различные интеграционные объединения и международные организации используют разные способы принуждения, которые для них доступны, и мы активно изучаем данный опыт, планируем выходить с соответствующими предложениями в рамках работы недавно сформированной рабочей группы по совершенствованию договора о союзе. В качестве примера можно привести Европейский Союз, где существуют действенные механизмы принуждения в виде полномочий Европейской комиссии по вынесению предупреждений государствам-членам вплоть до наложения штрафных санкций по отдельным категориям нарушений права ЕС. Широкими полномочиями по принуждению обладает и суд Европейского Союза, рассматривая дела о нарушении государствами-членами права ЕС, причем в большом количестве случаев истцом по таким делам выступает Европейская комиссия после исчерпания собственных механизмов принуждения. Другой интересный пример - опыт ВТО и ответные меры, авторизуемые по решению органа по урегулированию торговых споров. В праве нашего союза ни тех ни других механизмов, к сожалению, сегодня не предусмотрено, за исключением отдельных случаев. Например, в части государственных закупок, когда после прохождения определенной процедуры и установления факта нарушения комиссией обратившееся государство-член может прекратить распространение национального режима в части государственных закупок на государство-нарушителя. С учетом того что в сфере государственных закупок сейчас скопилось больше всего барьеров, мы рассматриваем данный механизм как планируемый к внедрению в практику. - Спасибо за интервью, Карине Агасиевна.